Как вы решили стать певицами и создать собственную группу и почему вы ее создали не здесь в России, а там в Германии?

Дженир: В данном случае название «певицы» странно для нас.

Элан: да,  нам не очень подходит.

Дженир: мы себя называем музыкантами.

Элан: все-таки мы группа, которая делает все самостоятельно.

Дженир: потому что я выступаю как автор всего материала.

Элан: Дженир композитор всех песен и автор текстов на английском языке, а моя основная вокальная часть.

Дженир: в студии мы всегда вместе. И только во время сочинения, рождения композиции,  это уже моя интимная сфера.

Элан:  мы двоюродные сестры, мы с детства лет с 7-8 мы загорелись этой. идеей.

Дженир: у нас получился такой естественный творческий процесс.

А почему именно не в России, а в Германии?

Дженир:  а почему не в России,  детьми мы были в России, где все и началось.

Элан: мы выступали на различных конкурсах музыкальных, приносили туда песни на русском и на английском.

Ну например каких?

Элан: мы участвовали в конкурсах в Санкт-Петербурге и Калининграде, и когда мы приносили жюри песни, они смотрели, из трех песен они выбирали одну, и всегда оказывалось, на английском языке, для участия в конкурсе.

Дженир: Нас это несколько раз удивляло, потом мы свыклись с этой мыслью и стали интересоваться максимально музыкой на английском языке, слушать западных исполнителей.

Элан: в школе на всех выступлениях мы пели только на английском.

Дженир:  и уже потом получилось рождение группы.

Элан: естественным образом.

Как ваши родители относились к этому?

Дженир: наши родители смотрели на это как на детское увлечение музыкой, однако они отдали меня  в музыкальную школу, где я научилась играть на фортепьяно, а потом уже получила профессиональное музыкальное образование.

Элан: я тоже получила музыкальное образование по классу вокала, а Дженир по классу композиции и теории музыки, мы хотели заниматься музыкой профессионально, поэтому уже тогда прилагали определенные усилия и пытались приобрести навыки.

К разговору о шоу бизнесе, чем принципиально различаются отечественный шоу бизнес от того же, например, шоу бизнеса в Германии? И насколько мы сейчас приближаемся к этому?

Дженир: в Германии все строится централизовано, там другое понятие продюсер, чем в России, где продюсер все решает сам, продвигает лично свою творческую идею и финансирует свой проект, а артист зачастую выступает только, как исполнитель. Артист придерживается на сцене того образа, который ему создали.

Элан: В Германии совсем другая ситуация. Всю работу по проекту координирует большая рекорд-компания с многими сотрудниками, которые обслуживают проект в целом, это менеджмент, промоакции, реклама, организация гастрольных выступлений, это все-все в одном комплекте. Продюсер работает с творческой частью в студии - это создание альбома, контроль всего написанного материала и утверждение окончательного звучания.

Дженир:  В России продюсер - это одно лицо, которое выполняет роль целой компании, и которому, видимо, приходится весьма нелегко.

Насколько было органично вот это вхождение в фирму для вас?

Дженир: Для нас очень важно, что по нашему контракту мы имеем полную свободу в творческом плане, во всем нашем музыкальном материале и образе.

Элан:  Дитер Болен является генеральным продюсером нашего проекта, он не наш спонсор, он занимается исключительно творческой частью, работает с нами в студии, говорит, что и как лучше сделать.

Дженир: он направляет музыкальную концепцию. Он суперпрофессионал.

Это была важная встреча?

Дженир: бесспорно.

Как она вообще произошла?

Дженир: произошла она случайно.

Элан: конечно в детстве мы даже не могли бы этого представить…

Дженир: Мы, разумеется, мечтали, чтобы наши песни когда-нибудь зазвучали качественно. Мы делали демозаписи. И вот когда у нас уже было несколько таких демозаписей, мы послали их в музыкальное издательство, которое представило эти песни разным студиям. И из одной из этих студий нам пришел действительно самый теплый ответ, что композиции очень хорошие, и можно было бы попробовать сотрудничать. Это оказалась именно та студия, где Дитер Болен работал с последними проектами, и та же команда с которой он работал. Момент, когда Дитер услышал наши песни, был судьбоносным.

В свое время Дитер Болен определил по-моему гениальную формулу, 120 ударов в минуту, который соответствует  ритму сердца.

Дженир: да, но начиная с 90-х годов ритм все ускорялся и ускорялся постепенно дошел до 140 ударов.

Элан: а сейчас опять идет возврат к 120, это, наверное, самое естественное состояние.

Дитер был менее ярким персонажем в Modern Talking, но после распада все-таки получил заслуженные лавры. Он не из тех людей, который останавливается на достигнутом.

Дженир: Сейчас он один из самых популярных личностей Германии. Он предстал в несколько новых качествах, как автор книг, ставших бестселлерами.

Элан: Да, он уже написал пятую книгу, это была его биография.  Интересная, познавательная и поучительная для людей из шоу бизнеса, для всех музыкантов и для обычных людей. Написано все очень весело, с юмором, и в то же время умно, очень мудро и действительно здорово.

Дженир: Так же он сейчас, как один из лучших продюсеров Германии, заседает в жюри на немецкой фабрике звезд.

А вы там участвовали?

Элан: нет,  не участвовали.

Почему?

Элан: потому что мы готовый проект, а туда приходят начинающие певцы, у которых нет собственных песен, нет своей группы… это шанс о себе заявить и чтобы фирма звукозаписи обратила на них внимание.

Был ли бонус в чем-то от того что вы русские?

Дженир: абсолютно никакого, скорее наоборот.

А в чем это выражалось?

Элан:  но если бы мы были из Голландии или Бельгии это была бы та же ситуация.

Как выглядит ваш среднестатистический день с утра до вечера? Вы встаете в 7 утра, в 8 утра?

Дженир: нет, мы ложимся в 5 ночи.

Элан: поэтому мы встаем в 12. И дальше вплотную занимаемся музыкальными делами. Можем быть в студии, могут быть выступления…

Вы сейчас, наверное, совсем погружены в свою работу, в проект?

Дженир:  мы всегда были такими.

Элан: мы трудоголики. 

Интересно, а когда вы например занимаетесь собой, нет ли в вашем графике расписания обязательного посещения тренажерного зала?

Элан: мы туда никогда не ходили. Если честно просто нет времени. У нас на адреналине все сгорает. Ни в какой еде мы себе не отказываем. Поужинать после концерта в 2 часа ночи, для нас это нормально.

Дженир: Если ты начал ходить в тренажерный зал, то это надо делать постоянно. Ты уже не сможешь позволить себе расслабиться и полениться.

Вы вообще когда-нибудь отдыхаете?

Дженир: да бывает, выезжаем на недельку куда-нибудь на море, это замечательно.

Какой вид отдыха для вас идеален?

Дженир: если нам в Гамбурге удается день-два свободных, мы просто лежим на солнце у себя в саду